Tinkoff

Пациенты делают зубы 4 имплантах в клинике AllOn4.sale.


На главную

Пояркова Е.В. Семейная системная психотерапия в лечении созависимости // Психология.Пермь. - 2004. - №4. С 1, 7-10.

Семейная системная психотерапия в лечении созависимости

Около сорока лет назад в психотерапии был совершен знаменательный шаг, который существенно изменил общую картину, сложившуюся к тому времени: семья, как целостность, стала для терапевтов предметом непосредственного наблюдения и изучения. Карл Витакер, представитель экзистенциального подхода в семейной психотерапии, предполагает, что, вообще, нет такого понятия, как личность, личность – это не более чем фрагмент семьи [2].

Концептуальную основу теории изучения семейных систем составила Общая теория систем, предложенная биологом и математиком Л. фон Берталанфи [4]. В этой теории понятие системы вытекает из “организмического” взгляда на мир, для которого характерны два положения: 1) целое больше, чем сумма его частей; 2) все части и процессы целого влияют друг на друга и его обуславливают. Базовая идея системного подхода в семейной психотерапии заключается в том, что семья рассматривается как социальная система, где все элементы и их свойства динамически связаны друг с другом [1]. Люди, составляющие семью, поступают так или иначе под влиянием правил функционирования семейной системы, детерминирующих их потребности и мотивы. Жизнь семейной системы подчиняется двум законам: закону гомеостаза и закону развития. Поэтому всякая семейная система стремится, с одной стороны пройти полный жизненный цикл развития, с другой – не меняться совсем. Этот цикл имеет ряд стадий, он может значительно отличаться в разных социокультурных традициях. Жизненный цикл российской городской семьи описан А.Я. Варгой [5]. Она выделяет также шесть информативных параметров, с помощью которых может быть описана семейная система:

  • особенности взаимоотношений членов семьи;
  • гласные и негласные правила жизни семьи;
  • семейные мифы;
  • семейные границы;
  • стабилизаторы семейной системы;
  • история семьи.

Особенности взаимоотношений членов семьи проявляются в коммуникации как на вербальном, так и невербальном уровне. Абсолютно любое событие, происходящее в семье, является коммуникацией, например, опоздание или болезнь.

Правила жизни конкретной семейной системы могут быть общими для семей данного социо-культурного слоя, а могут быть уникальными, характерными только для этой семьи. Правила – это распределение семейных ролей и функций, семейная иерархия, понятия того, что хорошо и что плохо, что можно, а что нельзя и т.д. Правила обычно связаны с семейной историей и могут определяться семейным мифом. Семейный миф несет смыслообразующий образ, идею, знание о семье, которую разделяют все члены семейной системы. Он отвечает на их вопрос “кто мы?”.[1]

Четвертый параметр – семейные границы, представление человека о том, кто входит в состав семьи. Границы семьи могут быть в разной степени проницаемыми и закрытыми. Они могут задавать стиль жизни в семье: существует определенная закономерность – чем более закрыты внешние границы семейной системы, тем более открыты границы семейных подсистем, и наоборот [3].

Все вышеописанные параметры могут играть роль стабилизаторов семейной системы, особенно семейный миф. “Семья – это группа людей, разделяющая общий миф” [1]. Но кроме общего мифа в разные периоды жизни семьи бывают разные стабилизаторы. Это могут быть общие дела, общие дети, страх одиночества, внешние общепринятые в данном обществе ценности, такие как, например, ценность брака. В дисфункциональных семьях встречаются своеобразные стабилизаторы, такие как болезнь одного из членов семьи или патологическое поведение.

Для успешной работы с семьей, понимание принципов ее функционирования, полезно знать не только сегодняшнюю картину жизни семьи, но и историю ее становления. Семейное прошлое складывается из опыта жизни семьи, из опыта жизни родительских семей, из прошлых браков и внебрачных отношений. Из прошлого человек привносит в свою семью, во – первых, правила и мифы своей родительской семьи в более или менее неизменном виде или негативном отображении; во – вторых, ожидания и потребности, которые сформировались под влиянием прошлого опыта. Сексуальное поведение, знаки любви и внимание, способы выражать вину и сожаление – это сложные и плохо осознаваемые паттерны поведения, которые очень трудно поддаются изменениям. Для того чтобы понять законы жизни семейной системы надо знать, как воспитывались ее члены в своих родительских семьях, какие предписания они там получили [8].

Теперь, рассмотрев основные положения системной семейной психотерапии, обратимся к видению проблемы созависимости .

Зависимость от психоактивных веществ (алкоголизм, наркомания, токсикомания) – семейная болезнь. Во-первых, она может встречаться у нескольких членов одной и той же семьи, передаваться из поколения в поколение. Во-вторых, даже если в семье только один алкоголик, то все остальные ее члены страдают психологически. Просто невозможно жить рядом с алкоголиком и не быть вовлеченным в его болезнь эмоционально. Психологическое состояние родственников больных зависимостью обозначают термином созависимость [6].

Созависимость взрослых людей возникает тогда, когда два психологически зависимых человека устанавливают взаимоотношения друг с другом. В такие взаимоотношения каждый вносит часть того, что необходимо ему для создания психологически завершенной или независимой личности. Поскольку не один из них не может чувствовать и действовать совершенно независимо от другого, у них возникает тенденция держаться друг за друга как приклеенные. В результате внимание каждого оказывается сосредоточенным на личности другого, а не на самом себе. Взаимоотношения не могут быть прочными, потому что они всегда сосредоточены на другом человеке и на том, что может случиться. Это ведет к тому, что такие люди пытаются установить контроль друг над другом, обвинять в своих проблемах друг друга, а также надеются, что другой будет вести себя именно так как хотел бы его партнер. В таких случаях люди не сосредотачивают внимание на своих внутренних ощущениях и саморазвитии. Фокус всегда находится вовне, а не внутри [7].

Анализ психотерапевтического случая

В декабре 2001 года обратилась за психологической помощью Ирина (36 лет), мать 5 летней Кати. Ирина жаловалась на то, что дочь “постоянно нарывается на конфликт”, дома постоянные истерики, дочь не слушается, Ира в ответ начинает злиться, кричит, может ударить и чувствует полную беспомощность. Так же Ира рассказала, что ее муж (Владимир) мало занимается с ребенком, и считает, что Ира плохо управляется с Катей, и это является поводом для конфликтов между супругами. Так как запросом клиентки было улучшение ее отношений с ребенком, терапевтом был предложен игровой тренинг родительско-детского взаимодействия, который включает в себя игровую стадию, в течение которой устанавливаются благожелательные отношения между родителем и ребенком, и дисциплинарную стадию, обучающую ребенка слушаться, а родителю дается четкая инструкция что делать, если ребенок не слушается. Владимир вместе с Ириной проходил тренинг, активно участвовал. В завершение игровой стадии, когда заметно улучшились отношения между родителями и ребенком, снизился уровень тревоги, вызванный чувством некомпетентности у родителей, Ира стала озвучивать проблему алкоголизма мужа. После успешного завершения тренинга родительско-детского взаимодействия (оба родителя признали данную работу очень эффективной), Ира и Владимир решили пройти супружескую терапию, предъявив проблему алкоголизма.

История семьи

Владимир старший сын в семье, его отец много пил, страдал алкоголизмом. По дому, в разных местах, были спрятаны бутылки спиртного и отец к вечеру всегда был пьян. Мать – властная женщина, активно боролась (но безрезультатно) с алкоголизмом мужа. Младший брат, которому на период обращения исполнилось 27 лет, также страдает алкоголизмом. Бабушка Наталья Михайловна была авторитетной и очень властной женщиной, рано потеряв мужа, была очень привязана к сыну (отцу Владимира) и вмешивалась в жизнь его семьи, беспокоясь об алкоголизме сына. Старший сын Натальи Михайловны живет в другом городе, известно, что он не пьет, но у него конфликтные отношения с женой.

Ира второй ребенок в семье. Ее мать властная женщина, которая активно конфликтовала с отцом Иры, так как он много пил. Брат матери также страдал алкоголизмом. Ее дед по линии отца также страдал алкоголизмом. Мать Иры развелась с отцом, “так как не могла больше жить с алкоголиком”, и вышла замуж за “непьющего”, через 2 года совместной жизни отчим начал выпивать, сейчас страдает алкоголизмом. Старший брат Иры в студенческие годы часто выпивал, мать активно этому препятствовала: бегала по друзьям, скандалила, “вытаскивала его из кабаков”. Сейчас, со слов Иры, брат женат на женщине из приличной семьи, имеет хорошую работу и выпивает только по праздникам.

Ход терапии

Ира и Владимир познакомились в институте. Он был умным и талантливым, помогал ей писать диплом, “без него она бы, наверное, не справилась”. В студенческие годы они нередко выпивали “немного, как все”. Когда Владимир стал пить больше и это переросло в проблему, супруги определить не могли. Но на период обращения, по всей квартире (или летом на даче) Владимир прятал бутылки. В течение вечера Владимир, как правило, готовил ужин, играл с ребенком, читал и выпивал по “чуть-чуть” из какой-нибудь припрятанной бутылки до состояния, в котором, с его слов он “упал и умер”. Ира ругалась, что он опять успел напиться за вечер. Иногда устраивала бурные скандалы, несколько раз пыталась бить мужа, однажды ударила его по голове сковородой. Ира пыталась решить проблему мужа, находила для него какие-то группы, где лечат алкоголизм.

На приеме Ира была очень активна. Много говорила, жаловалась на мужа. Владимир чаще молчал, со всем соглашался. Ира страстно желала, чтобы он бросил пить, Владимир так же говорил об этом, во-первых, для жены и дочери, а во-вторых, потому что у него уже плохое здоровье и выпивать ему тяжело (абстинентный синдром).

Владимир рассказал, что он устает на работе и много злится, выпивая, он становиться добрее и ему намного легче общаться с женой. Ира так же отметила, что когда Владимир злиться, то он очень замкнут, она не может к нему “подступиться”, и в это время они не могут общаться друг с другом. Так же Владимир рассказал, что состояния злости проходят, если Ира с ним ласкова: обнимает, целует, говорит нежные слова. Но для Иры это являлось сложностью, так как ей трудно проявить нежность, когда он пьян.

На период обращения Владимир работал мастером на ТЭЦ (где продолжает работать и сейчас). Ире место работы мужа не нравилось, так как там небольшая зарплата и Владимир мог бы лучше использовать свой ум и свои способности. Ира несколько раз пыталась найти ему более подходящее, на ее взгляд, место работы. Но Владимир ни разу не воспользовался ее “заботой”, а в ходе терапии выяснилось, что место работы его устраивает, так как для него важна стабильность. Ира работала методистом в ВУЗе, собственная работа ее не удовлетворяла, но она не пыталась найти что-либо подходящее для себя, поскольку считала, что на это у нее “нет шансов”: не очень умная, без способностей, с образованием, которое сейчас некуда применить.

Ирина и Владимир на период обращения мало общались с друзьями, не ходили в гости и не принимали гостей в собственном доме, так как “ехать куда-то и не пить” Владимиру было не интересно, а Ире не нравилось, когда “он напивается и начинает по-идиотски себя вести”. Супруги давно уже не посещали театров, кинотеатров, не совершали прогулок, что так нравилось делать вместе в начале семейной жизни. Были редки сексуальные контакты, хотя оба супруга отмечали, что именно эта зона супружества не является проблемной и удовлетворяет обоих партнеров. Ирину и Владимира связывало воспитание дочери, которая является долгожданным ребенком, и алкоголизм. Общение супругов друг с другом, поездки куда-либо, сексуальные контакты, эмоции, поведение и многое другое в семье строилось вокруг алкоголизма.

На одной из сессий выяснилось, что у Владимира много интересов, из которых состоит его жизнь: это работа, дача, семья и дом, он любит готовить, общаться с друзьями, заниматься сексом с женой, у него есть хобби, водка в его жизни занимает незначительное место. У Иры меньше интересов: дача, немного друзей. Алкоголизм мужа занимает 80% ее жизни. Ирине очень важно чувствовать себя нужной, востребованной. Она любит заботиться, лечить, водить к врачу. Ругая своего мужа, спасая от алкоголизма, находя для него другую работу, Ира чувствовала себя важной, высокостатусной фигурой в семье. Деятельность по спасению Владимира придавала жизни Ирины важный смысл.

Важно отметить, что терапевтическая задача состояла в том, чтобы вывести алкоголизм из центра супружеских отношений. Терапевтические воздействия были направлены на изменение содержания супружества: на восстановление старых, утраченных паттернов взаимодействия и на создание новых, не связанных с проблемой алкоголизма.

Этапы терапии

Все течение терапии можно условно разделить на два этапа: 1 – “избавление от алкоголизма”, где основными темами были количество выпитого, поиск возможных реакций на поступки, обусловленных алкоголем, возможное изменение жизни в отсутствии алкоголизма (опасения, надежды, страхи…); и 2 – адаптация семейной системы в изменившейся ситуации, без алкоголя.

На первом этапе терапии на первый план вышли глубокие проблемы взаимоотношений супругов, которые были скрыты, т.к. алкоголизм представлялся глобальной проблемой, затмевающей все другие трудности семейных взаимодействий. Например, Ирина начала проговаривать свои опасения о том, что, когда Владимир - умный, талантливый перестанет выпивать, то он может с ней развестись.

Одной из главных задач на второй стадии терапии являлась стабилизация семейной системы. Пока супруги менялись статусами: он - умный, а она – глупая, но он – алкоголик, а она это терпит и спасает его от алкоголизма, система была стабильна. После того, как Владимир перестал употреблять алкоголь, его статус в семье стал расти все выше, статус Ирины становился все ниже.

В дальнейшем ходе терапии Ирина стала совершать попытки устроиться на интересную работу, хотя и не видела в этом собственной заслуги, объясняя тем, что “все случайно подвернулось”. Возможное трудоустройство, которое было для Ирины желательным, вызывало у нее сильную тревогу, которая самой клиенткой объяснялась тем, что у нее может не получиться из-за ее “неспособности двигаться к поставленной цели не смотря ни на что”; и, что Владимиру это может не понравиться, так как она не сможет быть хорошей мамой для Кати.

Владимир же высказывал свою готовность всячески поддержать Ирину, говорил о том, что интересная работа могла бы сделать Ирину более “собранной”, что благотворно повлияло бы и на их взаимоотношения. Так же Владимир высказывал свои опасения, что в случае неудачи Иры с работой (независимо от причины увольнения) она “будет долго плакать, месяца три”, что для Владимира будет тяжелым испытанием, так как он будет чувствовать себя беспомощным, абсолютно некомпетентным. Подобное чувство, со слов Владимира, возникнет из-за того, что он чувствует свою ответственность за психическое состояние Ирины на 80 %. Так же Владимир предположил, что Ирина в подобных ситуациях в той же степени ответственна за его состояния, что является яркой иллюстрацией созависимости.

Терапевтические воздействия

В ходе терапии супругам предлагались различные домашние задания, проведение экспериментов, направленных на изменение их взаимодействия, нахождение оптимальной дистанции между ними, поддержки друг друга, устранение дисфункциональных паттернов поведения, построение желательного общения, выявление общих желательных целей и пути их достижения.

Первый, предложенный супругам, эксперимент имел две цели: 1) сделать алкоголизм Владимира открытым, тем самым снять с Ирины роль “преследователя”, 2) возможное снижение употребляемого количества алкоголя, заменяя его “лаской” со стороны Ирины, которая может снижать чувство злости у Владимира. Владимир должен был пить открыто, не скрываясь и не пряча бутылок. Ирина на листе бумаги, который висит на стене, должна была фиксировать количество употребляемого Владимиром алкоголя. Также предлагалось выбирать 2 дня в неделю, когда Ирина “ласковая” с Владимиром.

Предполагалось, что количество употребляемого Владимиром спиртного в “ласковые дни” должно снизиться, но этого не произошло. Ежедневно Владимир выпивал около 0,5 литров водки. Но данное задание повлияло на взаимоотношения супругов: количество спиртного и обиды перестали быть основной темой их общения, количество “ласковых дней” увеличивалось, а впоследствии эти дни уже не отличались от остальных. Увеличилось количество сексуальных контактов.

После того как Владимир полностью отказался от употребления спиртного, на первый план в терапии вышли темы неуверенности в себе Ирины и недостаточное общение между супругами.

Вторым из предложенных крупных заданий было ведение дневников. В которые оба супруга записывали то, что произошло за день и то, что бы им хотелось, чтобы произошло. Все записи в прошедшем времени. Целью это задания было фиксирование в сознании того, что уже есть в совместной жизни и выявление того, что могло бы произойти. И так как это должно было записываться в прошедшем времени, оба супруга должны были, записывая в дневник, “пережить” события как свершившее, что в свою очередь позволило бы легче воплотить в жизнь то, что уже пережито во внутреннем плане.

В течение многих лет, когда Владимир страдал алкоголизмом, семейная система была стабильной за счет уравнивания статусов партнеров: Владимир - умный, “гениальный”, не теряет самообладания, способен легко принимать решения, разбирается во многих вопросах, но много пьет, Ирина – “глупая”, по пустякам впадающая в панику, не способная разобраться в простейших вопросах, но спасающая мужа от пьянства, взваливая на себя ответственность за все, когда Владимир выпивает. После того, как Владимир перестал употреблять спиртное, семейная система изменилась, перестала быть стабильной. Владимир остался “гениальным”, статус его становился все выше, и не было факторов, которые бы этот статус снижали, а Ирина осталась “глупенькой”, статус ее оставался очень низким, и исчезли факторы, при помощи которых ее статус выравнивался со статусом Владимира.

Для стабилизации семейной системы, выравнивания статусов, было предложено следующее задание: Владимир должен был говорить Ирине о ее достоинствах, о том, что он в ней ценит, что у нее получается, чем она для него привлекательна, тем самым поднимая ее статус. Ирина же, напротив, должна была говорить о том, что ей не нравиться во Владимире, что вызывает в ней негативные чувства, какие действия или поступки мужа вызывают в ней чувство превосходства над ним, тем самым снижая статус мужа. Поиск достоинств и недостатков был труден для обоих супругов. Данное задание выполнялось в форме записок, которые супруги подбрасывали друг другу, что позволило Ирине и Владимиру быть более открытыми в проявлении мыслей и чувств по отношению к партнеру.

Заключение

Психотерапевтическая работа в рамках семейной системной терапии позволяет по - новому взглянуть на проблему созависимости. Понимание процессов функционирования семейной системы позволяет сместить акцент с лечения носителя зависимости на всю систему в целом, и рассматривать зависимость (например, алкоголизм), не как отдельное заболевание, а как симптом в семейной системе, который включен во взаимодействие всеми членами семьи.

Нередко в медицинской практике или в психотерапевтической, ориентированной на лечение носителя зависимости, наблюдается положительный результат. Больной перестает употреблять спиртные напитки, но, нередко, ресурсов зависимого человека недостаточно и через определенный промежуток времени больной снова начинает пить или же приобретает другую зависимость. Это связано с тем, что носитель зависимости имеет определенную структуру личности, сформированную в окружении созависимых людей. Так же семья больного, близкие значимые люди являются созависимыми, которые бывают не готовы справиться с изменившимися условиями жизни и способами взаимодействия. Все это приводит к тому, что семейная система не справляется с новыми способами функционирования и возвращается к прежнему, знакомому способу.

С течением времени созависимая, дисфункциональная семейная система становится все менее гибкой, вследствие чего требуется больше времени и ресурсов на лечение созависимости. Если в течение многих лет жизнь в семье регламентировал алкоголизм, делая всех членов семьи созависимыми, то закономерно ожидать, что потребуется много времени и вовлечение в лечение от созависимоти всех членов дисфункциональной семьи, с целью изменения всей семейной системы в целом, не перекладывая ответственность за алкоголизм и не опираясь на ресурсы только одного элемента данной системы (носителя зависимости).

Представленный в данной работе психотерапевтический случай является примером работы с созависимой семейной парой в рамках семейной системной терапии. Психотерапевтическая работа была направлена на поиск ресурсов в семейной системе, которые бы позволили данной системе измениться, вывести алкоголизм за пределы данной системы. Акцент никогда не ставился на работе с носителем симптома, и, следовательно, в терапии не стояло обязательное условие, что Владимир должен бросить пить. Психотерапевтическая работа была направлена на выяснение того, что же обслуживает данный симптом в семейной системе, какие проблемные зоны обуславливают его наличие, какие плюсы дает алкоголизм этой супружеской паре в их взаимодействии друг с другом; от чего они не готовы отказаться, что они могут потерять, если этот симптом уйдет из семейной системы. Нахождение необходимых ресурсов, работа над проблемными зонами в супружеских отношениях (вне зависимости от того, связаны ли они напрямую с алкоголизмом), привело к тому, что семейная система начала меняться, позволив симптому уйти из взаимоотношений данной супружеской пары.

Закономерным является то, что после “ухода” симптома, семейная система дестабилизировалась, так как алкоголизм в течение почти всего времени брака обуславливал взаимодействие супружеской пары. Супруги утратили роли, которые “играли” долгие годы, Ирина потеряла статус “спасающей” и “почти святой” женщины; изменилась дистанция между супругами, так как алкоголизм позволял супругам более свободно вступать в близкий контакт. Появились страхи, что далее последуют изменения, которые нежелательны для семейной пары, например, развод.

Поэтому продолжение работы с данной супружеской парой было направлено на стабилизацию семейной системы, поиск удовлетворяющих обоих супругов форм взаимодействия друг с другом, на улучшение функционирования, дальнейшие пути роста и развития.

Описанный выше психотерапевтический случай показывает высокую эффективноть работы с созависимотью в рамках семейной системной терапии, воздействующую на всю семейную систему в целом, что может давать устойчивый результат, как в лечении конкретного симптома, так и в выведении семьи на более высокий уровень функционирования.

Библиографический список

1. Варга А.Я. Системная семейная психотерапия. Краткий лекционный курс. – СПб.:Речь, 2001.

2. Витакер К. Полночные размышления семейного терапевта. М.: Независимая фирма “Класс”, 1998 г.

3. Маданес К. Стратегическая семейная терапия. М.: Независимая фирма “Класс”, 1998 г.

4. Берталанфи Л. фон. История и статус общей теории систем. Системные исследования. Ежегодник. М., 1973 г.

5. Варга А.Я. Системная семейная психотерапия. Сб. Основные направления современной психотерапии. М.: “Когито-центр”, 2000 г.

6. Москаленко В.Д. Зависимость: семейная болезнь.- М.: ПЕРСЭ, 2002 г.

7. Уайнхолд Б., Уайнхолд Дж. Освобождение от созависимости.- М.: Независимая фирма “Класс”, 2002 г.

8. Драпкина Т.С. Теория семейных систем Боуэна. В кн. Системная семейная психотерапия.-СПб, 2001 г.

Психолог,
Член общества семейных психотерапевтов и консультантов г. Москва,
Член европейской ассоциации психотерапевтов
Пояркова Е.В.